Иранская война нарушает бизнес-модель люксовых брендов: Отсутствие богатых клиентов с Ближнего Востока

Долгое время считалось, что когда Европа и Китай ослабевают, страны Персидского залива поддерживают индустрию роскоши. Теперь иранская война затронула именно этот ключевой регион, вынуждая такие бренды, как Hermès, LVMH и Dior, перестраивать свои бизнес-модели.

Несколько дней назад в Париже и Милане были представлены новые осенние коллекции, но иранская война незримо присутствовала на показах. Дорогие предметы моды были разработаны задолго до конфликта, но, в первую очередь, для группы клиентов, которая теперь сильно обеспокоена. Регион Персидского залива был основным источником стабильности для индустрии роскоши, которая в последнее время сталкивалась с многочисленными мировыми кризисами. Люксовые бренды создавали одну вещь за другой специально для состоятельных покупателей с Ближнего Востока.

Цифры говорят сами за себя. По данным Bain & Company и итальянской отраслевой ассоциации Altagamma, рынок личных предметов роскоши в 2025 году, как ожидается, будет стагнировать на высоком уровне. Число готовых к покупкам клиентов сокращается, в то время как расходы концентрируются на очень богатом меньшинстве – в основном из региона Персидского залива. Для моды и аксессуаров это означает растущую зависимость от людей, которые несколько раз в год летают в Париж, Лондон или Мюнхен, чтобы приобрести там сумки и целые комплекты одежды, прежде чем вернуться в Дубай, Абу-Даби или Доху.

Китай и Европа в кризисе

Тем временем Китай переживает второй год кризиса: продажи кожаных изделий упали в 2025 году на 8–11%, местные бренды наращивают долю рынка, и Bain прогнозирует лишь умеренный рост в 2026 году. Ближний Восток, напротив, вырос на 4–6% и считался единственным регионом, «откуда отрасль черпала настоящую уверенность, когда начался 2026 год», как выразился Лука Солька, люксовый аналитик инвестиционного дома Bernstein.

В корпоративных отчётах прослеживается этот сдвиг. Hermès увеличил оборот в 2025 году до 16 млрд евро – плюс девять процентов. На Ближнем Востоке дела шли гораздо лучше, показав рост около 15 процентов. Kering сообщает об общем снижении на 13 процентов – за единственным исключением: Bottega Veneta стала единственной маркой Kering, которая выросла за год, в том числе благодаря региону Персидского залива. За тот же период люксовый концерн закрыл нетто 75 магазинов. Таким образом, стратегия «меньше точек продаж, выше цены» оказывается подорванной именно в тот момент, когда оставшиеся бутики испытывают давление из-за войны.

Туристы могут остаться дома

К этому добавляется туристическое измерение. Согласно анализу покупок Tax Free, клиенты из региона Персидского залива в Европе относятся к самым прибыльным группам покупателей, при этом их чеки значительно превышают средний европейский показатель. Пирал Дадхания, люксовый аналитик Royal Bank of Canada, предупредил в начале марта, что клиенты из стран Залива могут просто остаться дома после месяца Рамадана – частично из-за войны. Это чувствительно ударит по продажам предметов роскоши в Европе.

Эти два аспекта – местный бизнес и шопинг-туризм – оказались под ещё большим давлением из-за иранской войны с конца февраля. Запреты на полёты, отменённые рейсы и ограниченная работа в крупных транспортных узлах, таких как Дубай, Доха и Абу-Даби, значительно замедляют движение. Chalhoub Group, управляющая около 900 магазинами таких брендов, как Versace, Jimmy Choo и Sephora, полностью закрыла свои операции в Бахрейне; в Эмиратах и Саудовской Аравии персонал появляется на работе лишь на добровольной основе. Kering одновременно закрыл бутики на четырёх рынках Персидского залива и отменил все деловые поездки в регион.

Особенно чувствителен этот момент. По оценкам Bernstein, конфликт, вероятно, сократил продажи в регионе в марте вдвое и снизил квартальный оборот примерно на один процентный пункт. Это связано с тем, что Рамадан (с 18 февраля по 20 марта) давно является одним из важнейших сезонов в странах Залива: согласно совместному исследованию Google и Visa, продажи модной одежды в Саудовской Аравии в пиковый период незадолго до окончания поста в обычные годы возрастают до 136 процентов по сравнению с обычными неделями. В этом году это совпало с первой горячей фазой конфликта. Состоятельные клиенты из стран Залива, которые традиционно сразу после Рамадана отправляются в Европу, до сих пор в основном отсутствуют.

Однако даже без иранской войны индустрия моды столкнулась бы с непростым годом. Сумки и кожаные изделия, долгое время бывшие самыми надёжными источниками прибыли, достигают своих пределов: рост цен на 50–70 процентов с 2019 года и участившиеся жалобы на снижение качества подрывают доверие потребителей. Избыточные мощности направляются в аутлеты и на платформы перепродажи, такие как Vestiaire Collective, с тем эффектом, что бренды становятся более заметными в дисконтных каналах, и их аура эксклюзивности страдает.

В отличие от часов и ювелирных изделий, которые в кризисные времена остаются относительно стабильными как реальные активы из драгоценных металлов, товары категории «мода» строго привязаны к сезону. Если летний ассортимент остаётся нераспроданным в Тегеране и других городах региона Персидского залива или вообще не может быть доставлен, его можно реализовать лишь с большими скидками в течение нескольких месяцев. Это напрямую сказывается на прибыли.

Для люксовых торговых улиц, таких как Максимилианштрассе в Мюнхене, Кёнигсаллее в Дюссельдорфе или Нойер Валль в Гамбурге, ближневосточный конфликт также не является абстрактной темой. Заметная часть летних покупок приходится на приезжих клиентов из региона Персидского залива, которым нужно пополнить свои гардеробы – и которые теперь, возможно, не приедут.

Кроме того, есть более тонкий эффект: когда богатые клиенты по всему миру видят изображения взрывов в Дубае, они пересматривают свои планы поездок и отчасти меняют своё отношение к чрезмерно гедонистическому потреблению. Это бьёт по моде сильнее, чем по ювелирным изделиям, потому что её привлекательность основана не на ожидаемой сохранности стоимости, а на ощущении стиля жизни, которое сейчас потрясено. И это делает иранскую войну для домов роскоши самым дорогим сезоном за долгое время.